Петр I Великий царь всея Руси и император всероссийский 9 июня 1672 г. – 8 февраля 1725 г.
Миссия Информарус
Главная > Семья > Жены Петра I Великого > Евдокия Лопухина — первая жена Петра I Великого

Царица Евдокия Фёдоровна Лопухина (при рождении Прасковья Илларионовна, в иночестве Елена) — первая супруга Петра I (с 27 января 1689 до 1698), мать царевича Алексея, последняя русская царица и последняя равнородная неиноземная супруга русского монарха.

Что мы знаем из истории о Евдокии Лопухиной? Скорее всего, эти сведения будут весьма скудными: первая жена Петра I, потом монахиня, тихо скончавшаяся где-то в монастырях империи. Но в действительности эта женщина обладала сильным характером, умела бороться и пережила всех своих врагов.

Первая жена Петра I - Евдокия Федоровна Лопухина
Евдокия Фёдоровна Лопухина

По рождению боярышня

9 августа (30 июля) 1669 года в маленьком селе Серебрено, Мещовского уезда родилась Прасковья Илларионовна Лопухина, ставшая впоследствии царицей Евдокией Фёдоровной.

Изменить имя пришлось в статусе царской невесты. При русском дворе была одна Прасковья — супруга Ивана V, соправителя Петра I, Прасковья Салтыкова. По настоянию будущей свекрови Натальи Кириловны Нарышкиной, имя подобрали более благозвучное для русской царицы — Евдокия. Отчество тоже изменили в честь святыни дома Романовых — Феодоровской иконы. (О личных собственных именах у Славяно-руссов Митрополита Евгения, в Трудах Общества истории и древ. росс., ч. III. кн. 1, М. 1826 г.)

Мать Петра I - Наталья Нарышкина
Наталья Нарышкина — мать Петра I

Род Лопухиных был далеко не первым в числе дворянских семейств и небогатым, но отличался большим количеством мужчин, которые состояли в государевом войске и пользовались популярностью среди стрелецких отрядов.

Отец Евдокии — Илларион Абрамович Лопухин, полковник, стрелецкий голова, окольничий, также был переименован в Федора Авраамовича. Получил статус боярина, а будучи уже царским тестем, чин ближнего боярина и советника государя.

Евдокия стала последней русской боярышней, вышедшей замуж за русского царя. Она по всем государственным канонам была равной царю, одобренной церковью и народом супругой русского монарха.

Венчание, свадьба Петра Первого и Евдокии Лопухиной

Брак между Петром и Евдокией устраивала мать царя — Наталья Кирилловна. Власть её юного сына необходимо было укреплять. А многочисленный благодарный род Лопухиных, по представлению царицы, должен был плотным кольцом поддерживать царский престол.

Невесту ездила осматривать сама, лично. Убедившись в красоте и отсутствии физических изъянов у девицы, дала согласие на брак. Пётр матушке в 17 лет не перечил, тем более что женатый человек считался на Руси совершеннолетним и способным управлять, а ему очень надоело делить власть с упрямой царевной Софьей и болезненным братом Иваном.

Государева невеста переселилась в Преображенское с роднёй и строго охранялась братьями. Как псы они берегли девицу, боясь порчи и сглаза. Жених видел невесту до свадьбы только один раз.

Рисунок, расположенный в начале «Книги любви знак в честен брак», преподнесённой в 1689 г. в качестве свадебного подарка Петру Первому.
Рисунок, расположенный в начале «Книги любви знак в честен брак», преподнесённой в 1689 г. в качестве свадебного подарка Петру Первому.

Свадебные торжества проходили в Преображенском. На царском престоле было три правителя и царевна Софья, применив всю свою, на то время еще крепкую власть, не допустила свадьбы в Кремле. Церемония соответствовала древнему обряду великокняжеских времён.

В столовую палату Преображенского дворца Евдокию привели под руки. Её свадебное платье весило двадцать килограмм. В полуобморочном состоянии от волнения и свадебных приготовлений девушка была не в состоянии тащить на себе такую тяжесть.

Молодым предстоял обряд окручивания. Они сидели рядом на сорока соболях перед накрытым столом. Под молитву священника им расчесывали волосы. Гребень обмакивали в вино. Всем присутствующим раздавали еду со стола и подарки.

Девушки пели, обсыпали молодых хмелем, обмахивали соболями. Старицы надели на невесту фату. Затем, начиналось шествие в храм. Венчание происходило в маленькой деревянной церкви в центре села. После бракосочетания молодые выпили по глотку вина и поцеловались. Теперь Евдокия стала царицей.

Герб рода Лопухиных

На свадебном пире жениху и невесте не полагалось кушать. Они немного побыли с гостями и были торжественно проведены женщинами в опочивальню. Дружка царя, по легенде, Меньшиков, сунул Петру хлеб и курицу, завернутые в скатерть.

Свадебная постель была настолько высокая, что залезть на неё можно было только с помощью специальных скамеек. Это неудивительно, потому что по великокняжескому обряду застилали её необычным убранством: 27 ржаных снопов, на них ковры и перины, сверху шелковая простыня, меховое одеяло и покрывало. В ногах шуба с ковром, в изголовье подушки и шапки.

С утра молодые по обычаю мылись в бане и завтракали одни без гостей. Потом принимали поздравления и приглашали собравшихся на свадебный пир. Торжества продолжались три дня. По царским меркам совсем недолго. В честь венчания Петра и Евдокии, поэт Карион Истомин написал свадебное приветствие «Книга любви знак в честен брак», сохранившееся до наших дней.

Семейная жизнь после свадьбы

Молодая царица хотела размеренной спокойной жизни в Московском царстве. Она была воспитана на женской половине дворянского дома и видела свое счастье в муже, детях. Евдокия совершенно не знала характера семнадцатилетнего Петра. Поначалу помалкивала и проявляла покорность. Мужа постоянно не было дома, зато, слухи о его гулянках и посещениях немецкой слободы заботливые боярыни приносили каждый день. Свекровь, Наталья Кирилловна, винила сноху, за то, что та не могла удержать Петрушу дома. Обвиняла в упрямстве и своеволии.

Борис Иванович Куракин, деверь Евдокии, писавший при жизни Петра жизнеописание царя, характеризовал царицу так:

«И была принцесса лицом изрядная, токмо ума посреднего и нравом не сходная к своему супругу, отчего всё счастие своё потеряла и весь род свой сгубила… Правда, сначала любовь между ими, царём Петром и супругою его, была изрядная, но продолжалася разве токмо год. Но потом пресеклась; к тому же царица Наталья Кирилловна невестку свою возненавидела и желала больше видеть с мужем её в несогласии, нежели в любви. И так дошло до конца такого, что от сего супружества последовали в государстве Российском великие дела, которы были уже явны на весь свет…». — В. Н. Балязин. «Пётр Великий и его наследники»

Три года молодые прожили в относительном счастье. Несмотря на то что Петра почти никогда не было дома, они поддерживали переписку называя друг друга уменьшительными именами: Петрушкой и Дунькой.

Сохранилось несколько писем Евдокии к Петру, от него не одного. В первый счастливый год она писала ему:

«Здравствуй, свет мой, на множе­ство лет! Просим милости, пожалуй, госу­дарь, буди к нам, не замешкав. А я, при милости матушкиной, жива. Женишка твоя Дунька челом бьет…» — В. Н. Балязин. «Пётр Великий и его наследники»

Адресовала свои послания к «лапушке моему». Просила разрешения приехать. Через два года просьб становилось всё меньше, зато увеличивались упреки за то, что не получает в ответ «ни единой строки» и о себе она уже пишет как о «бесщастной» женщине. Горечь строк перемешивалась с ревностью к сопернице.

Евдокия во всём винила Анну Монс — немецкую красавицу, завоевавшую сердце юного царя еще до свадьбы. Петр постоянно навещал ее, когда был в Москве, дарил подарки, купил дом. Злые языки регулярно доносили всё молодой царице. Только поделать она ничего не могла, так как вообще не имела никакого влияния на мужа.

Рождение детей не укрепило супружеские отношения. Евдокия произвела на свет троих сыновей, из которых выжил только царевич Алексей.

Предполагаемый портрет Анны Монс

Ссылка в монастырь на пострижение

Со смертью свекрови, Евдокия надеялась обрести полноту власти, так как она оставалась единственной русской царицей. Но всё оказалось наоборот. Уважение к матери сдерживало Петра от открытого проявления холодности к жене. Теперь же, после 1694 года, он не только не писал, но и полностью избегал встреч в ней.

Евдокия жила несколько лет в Кремле с сыном. Её содержали как царицу, но с мужем она не виделась. Многочисленная родня Лопухиных, занимавшая большинство должностей при дворе, попали в опалу. Они не в ком не вызывали сочувствия. Куракин так характеризует родню царицы:

«… люди злые, скупые ябедники, умов самых низких и не знающие нимало в обхождении дворовом… И того к часу все их возненавидели и стали рассуждать, что ежели придут в милость, то всех погубят и государством завладеют. И, коротко сказать, от всех были возненавидимы и все им зла искали или опасность от них имели».

Далее, последовала ссылка отца царицы, ее двоих братьев. А через год, в 1697, Пётр из Лондона дал приказ уговорить Евдокию постричься в монахини. Она отвергла это предложение, мотивируя тем, что нужна маленькому сыну. Алексею на то время было семь лет. Но Пётр не намерен был отступать и думать о чувствах других. Вернувшись из Великого посольства в конце лета 1698 года, он открыто проигнорировал правила приличия и поехал сразу к Анне Монс.

С женой была назначена официальная встреча, но царица, опять проявила упрямство в лицо мужу заявив, что быть монашкой не намерена. Евдокия просила заступиться за неё патриарха Московского Андриана, но противодействие в этом вопросе церкви еще более разгневало Петра.

Через три недели после его возвращения, 23 сентября 1698 года, Евдокию насильно увезли в монастырь. Говорят, Пётр хотел даже казнить её за своеволие и неподчинение, но послушался разумного Лефорта, который объяснил, что это вызовет большое недовольство в народе.

Демаков Евгений Александрович (р. 1968). Пётр I и Евдокия Лопухина, 2011
Демаков Евгений Александрович (р. 1968). Пётр I и Евдокия Лопухина, 2011

Отправляя жену в монастырь, царь желал, чтобы о ней все забыли. Просто взял и вычеркнул её из жизни собственной волей. Вот так разошлись судьбы двух человек в разные стороны: Пётр Великий, на выстроенном своими руками фрегате, уплыл в новую Российскую империю, Евдокия осталась на скромной лодочке в Московском царстве.

Суздальский Покровский монастырь
Суздальский Покровский монастырь

В Суздальско-Покровский монастырь ссылали всех неугодных власти великих княгинь. В этом же году по приказу Петра здесь стали монахинями Феодосия и Марфа — единокровные сёстры царя. Их вина состояла в любви к опальной царевне Софье.

1698 год стрелецкого бунта был очень тяжелым для страны. Все, кто открыто не поддержал Петра становились его врагами. Семья при этом не была исключением.

Утро стрелецкой казни. 1881, В. И. Суриков
Утро стрелецкой казни. 1881, В. И. Суриков

Архимандрит монастыря отказался насильно постригать Евдокию, за что и поплатился жизнью. Она всё-таки была пострижена и опять переименована в инокиню Елену.

Как еще можно было унизить нежеланную царицу? Её полностью лишили содержания. Евдокия вынуждена была просить помощи у своей родни:

«Здесь ведь ничего нет: всё гнилое. Хоть я вам и прискушна, да что же делать. Покамест жива, пожалуйста, поите, да кормите, да одевайте, нищую» — В. Н. Балязин. «Пётр Великий и его наследники»

Поступок царя вызвал обсуждение в обществе. Это отзыв князя Михаила Михайловича Щербатова, писавшего в «Записке о повреждении нравов в России»:

«Со всем почтением, которое я к сему великому в монархах и великому в человеках в сердце своем сохраняю… не могу я удержаться, чтобы не охулить развод его с первою его супругой, рожденной Лопухиной, и второй брак по пострижении первой супруги, с пленницею Екатериною Алексеевною; ибо пример сей нарушения таинства супружества, ненарушимого в своем существе, показал, что без наказания можно его нарушать»

Екатерина I (М. Скавронская) в молодости
Екатерина I

Биография

Неудивительно, что вокруг Евдокии Фёдоровны стали собираться те, кто страстно желал возвращения Московского царства, недовольные стремительными реформами царя.

Царевич Алексей жалел мать и как предоставлялась возможность навещал её. Но оба хорошо понимали, что Пётр очень недоволен их отношениями, поэтому часто видеться не могли.

Сын Петра I - Алексей Петрович Романов
Алексей Петрович Романов

Евдокия Лопухина и Степан Глебов

Через полгода после пострига Евдокия приняла решение оставить монашеское поприще. Осуждения за это ей не было, так как все знали, что постриг был навязан насильно и даже проведён тайно не по обычаю в церкви, а в темной и тесной келье.

По неизвестным причинам содержание царицы улучшилось. Она переехала в личные комнаты на территории монастыря. Для нее готовили два повара. На праздники к её ручке припадали городские чиновники и родовитые дворяне. Несли подарки. Евдокия принимала гостей и щедро угощала. В услужении у неё были шесть девушек, старицы, монахини и даже вернулся любимый карла Терентьев.

Она вела жизнь достойную, тихую и питала надежду вернуться к мужу. Ездила по монастырям. Находила сочувствие среди руководителей церкви. Выслушивала пророчества епископа Досифея, что вскоре помирится с мужем и станет «великой государыней». Верила ли этому Евдокия трудно сказать. Но такие разговоры не могли не согревать её сердце.

Со Степаном Глебовым, майором рекрутского набора в Суздале, Евдокию познакомил Федор Пустынный её духовник. Она сначала отвергала их встречу, но приближенные уговорили принять бравого офицера, мотивируя тем, что он родственник уважаемого Евдокией ростовского епископа Досифея. Евдокии на то время был 41 год, Глебову 38. Стоит ли удивляться, что их отношения быстро стали любовными.

Расследование и пытки по приказу царя

В доказательство приводят письмо, якобы найденное в ходе следствия от Евдокии к Глебову, но В. Козляков, историк, в своей книге «Царица Евдокия, или плач по Московскому царству» оспаривает этот факт и утверждает, что такое письмо Евдокия могла писать только Петру:

«Забыл скоро меня. Не умилостивили тебя здесь ничем. Мало, знать лице твое и руки твои и все члены твои и суставы рук и ног твоих, мало слезами моими…. не умели угодное сотво­рить…. свет мой, батюшка мой, душа моя, ра­дость моя, знать уже злопроклятый час прихо­дит, что мне с тобою разставаться. Лучше бы мне, душа моя с телом разсталась. Ох! свет мой!… Как мне на свете быть без тебя! Как живой быть! И так Бог весть, каково ты мне мил! Уже мне нет тебя милее, ей Богу. Ох, любезный друг мой, за что ты мне таково мил! Носи, сердце мое, мой перстень, меня люби, а я такой же себе сделала…. а тебя до смерти не забуду; никогда ты из ра­зума не выдешь. Ты, мой друг, не забудешь ли меня, а я тебя ни на час не забуду…. Как мне будет твою любовь забыть, так жить без тебя, душа моя! Что ты меня покидаешь, кому меня вручаешь, ох друг, ох свет мой!»

Глебов понимал, что их связь будет открыта и стал удаляться от Евдокии, но было уже поздно. Сердечное увлечение бывшей жены Петру преподнесли как заговор. А ему это было выгодно, чтобы оправдать заточение непослушной и неверной прелюбодейки перед народом. 10 февраля 1718 года по личному указу царя монастырь был окружен солдатами.

«Указ бомбардирской роты капитан-поручику Писареву. Ехать тебе в Суздаль и там в кельях бывшей жены моей и ея фаворитов осмотреть письма, и ежели найдутся подозрительныя, по тем письмам, у кого их вынул, взять за арест и привести с собою купно с письмами, оставя караул у ворот» — Колпакиди А. И. Серяков М. Л. «Щит и меч»

Всех слуг и прислужниц арестовали. Было найдено злополучное любовное письмо, а также записки, где к Евдокии обращались не как к монахине:

«Благочестивейшей великой государыней нашей, царицей и Великой княгиней Евдокией Фёдоровной», и желали ей и царевичу Алексею «благоденственное пребывание и мирное житие, здравие же и спасение и во все благое поспешение ныне и впредь будущие многие и несчётные лета, во благополучном пребывания многая лета здравствовать» — В. Н. Балязин. «Пётр Великий и его наследники»

По делу задержали 150 человек. Все они, вместе с опальной царицей, были доставлены в Москву. В дороге, очевидно под диктовку, Евдокия писала мужу письмо:

«Всемилостивейший государь! В прошлых годех, а в котором, не упомню, при бытности Семена Языкова, по обещанию своему, пострижена я была в Суздальском Покровском монастыре в старицы, и наречено мне было имя Елена. И по пострижении, в иноческом платье, ходила с полгода, и не восхотя быть инокою, оставя монашество, и скинув платье, жила я в том монастыре скрытно, под видом иночества, мирянкою. И то мое скрытие объявилось чрез Григорья Писарева. И ныне я надеюся на человеколюбивыя вашего величества щедроты, припадая к ногам вашего величества, прошу милосердия, того моего преступления о прощении, чтоб мне безгодною смертию не умереть. А я обязуюсь по прежнему быть инокою и пребыть в иночестве до смерти своея и буду Бога молить за тебя государя. Вашего величества нижайшая раба, бывшая жена ваша Авдотья».

Но повинная Петру была не нужна. Всех без исключения допрашивали с пристрастием, секли кнутом, вырывали ноздри, отрезали головы.

Стало известно о переписке Евдокии с её опальным братом Авраамом Лопухиным, который после следствия был казнён. С Марией Алексеевной, сестрой Петра, запертой в крепости Орешек. Свидетель, сын царевны, который якобы слышал от Евдокии такие слова:

«.. царевна Марья Алексеевна, ..по многим разговорам, пришла речь до матери моей. (…) Еще де сказывала, что Питербурх не устоит за нами: „Быть-де ему пусту; многие-де о сём говорят»

Степан Глебов на допросе якобы говорил:

«И сошёлся я с нею в любовь через старицу Каптелину и жил с нею блудно».

Прислужницы ничего не утаивали:

«инокиня Елена пускала к себе днём и ночью, и Степан Глебов с нею обнимался и целовался, а нас или отсылали телогреи кроить к себе в кельи, или выхаживали вон».

Евдокии с Глебовым устроили очную ставку. Их поставили на одну доску во дворе тюрьмы в Преображенском и заставили царицу прилюдно рассказать об их связи. Она приняла на себя всю вину и подписала документы. Глебов же вел себя по-другому. Об этом свидетельствует адъютант Петра, очевидец событий, Вельбоа:

«Среди ужасных пыток, которыя Глебов терпел, по воле и в присутствии самого царя, шесть недель сряду, чтобы исторгнуть у оговореннаго признание, он твердо защищал честь и невинность Евдокии».

Казнь Степана Глебова

Его посадили на кол и заставили Евдокию смотреть, как умирает возлюбленный. Ни отвернуться. ни закрыть глаза ей не было позволено.

Пётр сделал последнюю попытку добиться признания Глебова и подошёл к умирающему с предложением признаться, ведь скоро суд Божий, на что получил холодный ответ:

«Ты сколько жесток, столько и безразсуден; думаешь, что если я не признался среди неслыханных мучений, которыми ты меня истязывал, стану пятнать невинность и честь безпорочной женщины, в то время, ко­гда не надеюсь более жить. Удались, дай умереть спокойно тем, которым ты не да­ешь спокойно, жить». — Mémoires anecdotiques de la cour de Russie sous le regne de tzar Pierre I, в Revue retrospective, A Paris. 1838

Обвинения против Евдокии Лопухиной обнародовали в мельчайших подробностях. Сама она была прилюдно выпорота кнутом и сослана. Связь царицы с заговорщиками и исполнителями стрелецкого бунта в 1698 году доказана не была, иначе ей не миновать тогда смертной казни.

Результатом расследования мнимого семейного заговора стал манифест «О единонаследии», который лишал царевича Алексея, его мать и потомков надежды на престол.

Этот манифест во многом изменил историю России и повлиял на судьбы людей, которых он затрагивал. Вот что пишет историк Петровской эпохи, Василий Осипович Ключевский:

«Этот злополучный закон вышел из рокового сцепления династических несчастий. По привычному и естественному порядку наследования престол после Петра переходил к его сыну от первого брака царевичу Алексею, грозившему разрушить дело отца. Спасая свое дело, отец во имя его пожертвовал и сыном, и естественным порядком престолонаследия. Сыновья от второго брака Петр и Павел умерли в младенчестве. Оставался малолетний внук, сын погибшего царевича, естественный мститель за отца. При вероятной возможности смерти деда до совершеннолетия внука опеку, значит власть, могла получить которая-либо из двух бабушек: одна — прямая, озлобленная разводка, монахиня, сама себя расстригшая, Евдокия Федоровна, урожденная Лопухина, ненавистница всяких нововведений; другая — боковая, привенчанная, иноземка, простая мужичка темного происхождения, жена сомнительной законности в глазах многих, и, достанься ей власть, она, наверное, отдаст свою волю первому любимцу царя и первому казнокраду в государстве князю Меншикову. Можно представить себе душевное состояние Петра, когда, свалив с плеч шведскую войну, он на досуге стал заглядывать в будущее своей империи».

После смерти Петра I

Невыносим был 1718 год для Евдокии. С февраля начались аресты и пытки, в марте казнили всех её приближённых, в июне умер сын, в декабре казнен брат. Но она выдержала и оказалась по воле своего бывшего мужа в Ладожском девичьем монастыре, как опасная преступница.

Вид на Ладожский девичий монастырь
Вид на Ладожский девичий монастырь

Семь последующих лет царица провела в ужасных условиях холодной и тесной кельи. Никому было не положено в ней разговаривать, кроме иеромонаха, специально приставленного для наблюдений и доклада. Так продолжалось до смерти Петра.

Екатерина I не сняла c Евдокии клеймо преступницы, но предпочла лучше заботиться о столь «известной персоне». Царицу-манашку перевели в Шлиссельбургскую крепость. Там ей предоставили хорошее содержание и пропитание. Было предписано:

«на пищу и содержание известной персоны покупать добрую крупичатую муку и держать наношники, пирожки и прочее кушанье ежедневно хорошее».

Что было самым тяжёлым для Евдокии в годы сурового заточения?Неизвестность, которая могла обернуться любыми губительными обстоятельствами. Однако, на престол взошел Пётр II, внук Евдокии.

Юный правитель реабилитировал посмертно отца и вернул бабушку ко двору в 1727 году. Она снова стала для окружающих царицей, а для внука «государыней бабушкой». Всю свою нерастраченную любовь посвятила взрослым внукам. Баловала их гостинцами и подарками. Отчасти сбылось предсказание Досифея, что она будет еще в почете. У неё был свой двор и многие бывшие враги искали возможности поцеловать ручку царице.

Портрет Петра II Алексеевича, внука Петра I — Иоганн Ведикинд.

Смерть и погребение

Недолго пожила Евдокия Фёдоровна в счастье. Умерла её внучка Наталья, а за ней вскорости и государь Пётр Второй. Встал вопрос о возглавлении государства российского. Но смерть внуков и конец династии Романовых окончательно подорвали ее силы. Она отказалась от прав на престол в пользу Анны Иоанновны, двоюродной сестры Петра.

Евдокия присутствовала на её коронации. Анна Иоанновна добро не забыла. Назначила Евдокии царское содержание, но уже шёл последний год ее жизни. Как она сама сказала, он прошёл в молитве и благотворении. 7 сентября 1731 её последними словами были:

«Бог дал мне познать истинную цену величия и счастья земного».

Портрет императрицы Анны Иоанновны. Луи Каравак, 1730
Портрет императрицы Анны Иоанновны. Луи Каравак, 1730

Похоронили Прасковью-Евдокию Лопухину в церкви Новодевичьего монастыря между могилами царевны Софьи и царевны Екатерины.

Евдокия Лопухина — последняя русская царица, оказалась в центре водоворота исторических и политических событий сама того не желая. Пережила всех своих гонителей. Похоронила всех любимых людей. Трагичной ли была ее жизнь? Сама она, судя по последним её словам так не считала.

Оцени статью - помоги проекту:
1 Звезда2 Звезды3 Звёзды4 Звезды5 Звёзд
( 6 голосов, среднее: 4,00 из 5 )
Loading...
tetrika-school